ЖИЗНЬ СВЯЩЕННОМУЧЕНИКА ЗОСИМЫ КРЫЛАТСКОГО (ПЕПЕНИНА)

 

Тропарь, глас 4:

Церкве Русския столпе непоколебимый, благочестия правило, жития евангельскаго образе, священномучениче Зосимо, Христа ради пострадавый даже до крове, Егоже моли усердно, яко Начальника и Совершителя спасения, Русь Святую утвердити в Православии до скончания века.

Кондак, глас тот же:

Во святителех благочестно пожив и мучения путь прошед, идольския угасил еси жертвы, и поборник быв твоему стаду, богомудре. Темже тя почитающе, тайно вопием ти: от бед избави ны присно твоими мольбами, отче наш Зосимо.

Величание:

Величаем тя, священномучениче Зосимо, и чтем святую память твою: ты бо молиши за нас Христа Бога нашего.

Другие богослужебные тексты...

 

* * *

Поминайте наставников ваших, которые проповедовали вам слово Божие, и, взирая на кончину их жизни, подражайте вере их (Евр.13:7)

Наша Церковь стоит на крови мучеников, являвших наивысшее свидетельство веры, надежды и любви. Они безропотно шли за Господом, Который есть путь, истина и жизнь (Ин. 14: 6), вслед за Ним попирая смерть. Отдавая свою земную жизнь, мученики обретали жизнь вечную, непреложно свидетельствуя о Воскресении Христовом.

* * *

Свщмч.Зосима КрылатскийЗосима Алексеевич Пепенин родился 25 сентября 1888 года в деревне Пепенино Яранского уезда Вятской губернии в очень бедной крестьянской семье.

В архивном фонде Вятской духовной консистории хранится метрическая книга Покровской церкви села Пиштань Яранского уезда, в которой содержится следующая актовая запись:

«25 сентября 1888 года у крестьянина деревни Пепени (так в документе. - Ред.) родился мальчик Зосима; крещен 27 сентября. Родители: отец - Алексей Лукич (фамилия не указана. - Ред.), мать - Матрона Иосифовна (фамилия не указана. - Ред.).

Священник: Николай Фаворский. Дьяк: Михаил Пинегин. Восприемник: Владимир Аверьянов».

Зосима был четвертым ребенком в семье, где уже подрастали двое старших сыновей, Иван и Степан, и дочь, которую назвали Матроной, в честь матери семейства. Люди, знавшие Матрону Иосифовну, всегда отмечали ее доброту как главную черту характера. Это качество унаследовал от матери и Зосима.

Родные отца Зосимы сохранили семейные предания о детстве будущего священника, которое оказалось трудным и голодным: даже чай в семье пили в прямом смысле слова «вприглядку». Учился отрок в церковноприходской школе, отличался добрым нравом и трудолюбием и много и охотно читал о древних монахах-отшельниках. Под впечатлением от их святой жизни он частенько уходил в лес, рыл там пещеры и уединялся в них для молитвы. Однажды в такое «укрывище» провалилась телега односельчанина... Не случайно о нем поговаривали: «Этот-то уж непременно будет или попом, или монахом!»

По окончании школы Зосима работал пастухом в родной деревне. Привычку и любовь к крестьянскому труду, с детства хорошо ему знакомому, он сохранил до конца своих дней.

Каждую зиму отец со старшими братьями уходили на заработки в город, где шили тулупы и шубы, тачали сапоги и валяли валенки. В семнадцать лет и Зосима ушел вместе с ними. К тому времени он уже хорошо шил, ремонтировал обувь и столярничал, но, когда по весне пришла пора собираться домой, решил не возвращаться в деревню, а вместе со Степаном отправился на восток и поступил чернорабочим на железнодорожную станцию Миасс близ Челябинска, а позже - в пекарню. Наконец, юноша ощутил настоятельную потребность потрудиться во славу Божию.

В середине 1907 года Зосима пришел трудником в Челябинский Одигитриевский женский монастырь, в котором пробыл до конца 1908 года, а затем переехал в Томск, где поступил послушником в Богородице-Алексиевскую обитель. Здесь молодой человек прожил около двух лет.

Этот монастырь известен среди прочего тем, что в его стенах похоронен старец Федор Кузьмич, еще при жизни которого сложилась легенда о том, что под этим именем скрывался ушедший от мира император Александр I, чья скоропостижная смерть в Таганроге вызвала немало слухов.

Наконец, в Иркутском Вознесенско-Иннокентиевском монастыре Зосима пробыл вплоть до 1913 года. В Иркутске он успешно окончил духовную семинарию - первое учебное заведение в Восточной Сибири, открытое 23 марта 1780 года по указу императрицы Екатерины Великой и Святейшего Синода. Обучение было очень качественным, семинаристы изучали сорок три предмета! Иркутская духовная семинария выпускала миссионеров для обращения в Православие населения Восточной Сибири, поэтому кроме классических и древних языков здесь изучались и восточные - китайский, маньчжурский, монгольский, а также языки и диалекты северных народностей. Именно миссионеры помогали «инородцам» создавать свои азбуки, составляли разговорники, вели широкую издательскую деятельность. Там же, в Иркутске, Зосима знакомится со своей будущей супругой, Александрой Михайловной (1890-1969), дочерью известного протоиерея Михаила Александровича Чирцева, миссионера, просветителя тунгусов, бурят и якутов.

Александра была второй дочерью в семье. Она родилась в располагавшемся в верховье реки Лены селе Ичора, где окончила начальную церковно-приходскую школу.

В 1900 году отец Михаил отвозит дочь в Иркутск поступать в епархиальное училище. Александра успешно сдает экзамены и восемь лет живет в закрытом пансионе, не приезжая домой даже на каникулы.

По окончании епархиального училища Александра Михайловна работала в иркутском Мариинском детском приюте для девочек - одном из лучших в России.

Миловидная девушка отличалась образованностью, чему была обязана епархиальному училищу: она владела двумя иностранными языками, играла на фортепиано и прекрасно пела. Неудивительно, что многие женихи добивались ее руки, однако Богу было угодно, чтобы она встретила Зосиму, в то время послушника Иркутского Вознесенско-Иннокентиевского монастыря. Безусловно, эта встреча сыграла не последнюю роль и в выборе дальнейшего пути самим Зосимой.

Избранник юной Александры Михайловны был красив, ладен и статен, хорошо пел и рисовал, но главными качествами, отличавшими его от других молодых людей, были внутренняя чистота, теплая, неустанная молитвенность и неисчерпаемая щедрость души. Отец Михаил, опытный и проницательный священник, одобрил выбор дочери и сам венчал молодых в селе Александровском летом 1913 года.

Александра Михайловна учительствовала тогда в селе Ереть, и летние каникулы оказались единственным временем, когда они с Зосимой Алексеевичем могли приехать в Александровское. После свадьбы молодая жена возвращается в Ереть, а молодой муж - в Иркутск, где успешно держит экзамен на псаломщика и получает назначение в Воскресенский собор города Верхоленска.

Свщмч.Зосима КрылатскийВ 1914 году Зосима был произведен в сан диакона - и Александра Михайловна переезжает к месту службы мужа. В том же году Зосима Алексеевич стал священником, получив приход в селе Борисовском под Барнаулом, а его верный друг и добрый помощник Александра Михайловна стала матушкой Александрой. В 1914 году у них родилась первая дочь, Александра (+2000), а в 1919-м - вторая, Галина (+2008), оставившая перед кончиной воспоминания об отце.

В 1918 году отец Зосима с семьей едет в село Борисово Чумышской волости Барнаульского уезда Томской губернии настоятелем храма во имя святителя Николая.

Во время Гражданской войны жизнь отца Зосимы дважды подвергалась смертельной опасности. Однажды батюшка был взят в плен белогвардейским отрядом, но по просьбе местного населения вскоре был освобожден.

В другой раз ситуация оказалась многократно более серьезной. Это случилось в августе 1919-го, когда на Борисово напала банда анархиста Григория Рогова, то безоглядно сотрудничавшего с красными, то столь же яростно боровшегося против них и в конце концов покончившего с собой, чтобы не попасть в плен.

Очевидец партизанских бесчинств, ныне практически забытый литератор В. Я. Зазубрин (Зубцов), расстрелянный большевиками в 1937-м, так описывал кровавые «подвиги» садистов-роговцев, вершившиеся на его глазах:

«Из четырех тысяч жителей Кузнецка две тысячи легли на его улицах. Погибли они не в бою. Их, безоружных, просто выводили из домов, тут же, у домов, у ворот, раздевали и зарубали шашками. Особо «именитых» и «лиц духовного звания» убивали в Преображенском соборе. Редкая женщина или девушка избегала гнусного насилия. Рубились люди по «классовому признаку»: руки мягкие - руби, комиссар - руби...»

А вот еще одно более чем красноречивое свидетельство:

«Село Салаир. 21 декабря 1919. Нам по пути попадается масса партизан тов. Рогова, которые везут целые возы награбленного имущества. Все церкви по пути ограблены, а из риз понашиты кисеты, подседельники и даже брюки. Население страшно возмущено. <...> Еще раз сообщаю, что население страшно запугано отрядами Рогова...

Начальник штаба 1-й дивизии Игнатов. Начальник боевого участка Блынский».

Озверевшие уголовники ломали изгороди, безжалостно вытаптывали конскими копытами скудные огороды, грабили людей на улицах. Множество мирных крестьян были обезглавлены, в доме священника устроили штаб, а самого отца Зосиму хмельные от пролитой крови нелюди угнали в Барнаул, однако благодаря благодатному Промыслу Божию и стараниями любящей жены батюшка чудом избежал лютой смерти и вернулся домой. Пожалуй, именно тогда впервые так пронзительно и надрывно прозвучала трагическая и грозная прелюдия грядущего мученичества...

Впрочем, и советская власть не обделяла отца Зосиму своим зловещим вниманием. Летом 1921 года в южных районах России и Украины разразилась жестокая засуха и начался голод. Патриарх Тихон немедленно призвал верующих к помощи голодающим, однако, несмотря на это, в феврале 1922 года вышло предписание ВЦИК, положившее начало кампании по массовому изъятию церковных ценностей, включая предметы, имеющие богослужебное значение.

Массовый террор против Церкви стал официальной политикой Советского государства. Именно тогда прошел целый ряд процессов по обвинению духовенства. В мае в Москве на одном из первых таких судилищ в качестве свидетеля выступил Патриарх Тихон - и тут же был взят под арест; в августе в Петрограде после такого же суда был расстрелян митрополит Вениамин.

Уже через несколько месяцев батюшку арестовывают и определяют «до лучших времен» в одну из камер Барнаульской тюрьмы. Самоотверженная Александра Михайловна вместе с малолетними детьми тут же оставляет дом, бросает нехитрый семейный скарб и перебирается в город, чтобы быть поближе к мужу. Там она снимает комнатушку и устраивается работать паспортисткой, ведь грамотных людей в Сибири в те времена было отчаянно мало, их уже просто уничтожили, а матушка Александра составляла счастливое исключение из общего правила... Через некоторое время матушка нашла работу воспитателя в детском приюте, что позволило ей переехать со съемной комнаты, так как сотрудников приюта обеспечивали бесплатным жильем. Тем не менее ее не торопились отпускать из паспортного стола, поэтому ей пришлось работать по совместительству.

В 1922 году «за примерную работу» батюшку освобождают - и он вместе с семьей возвращается в село, где ему разрешают служить в церкви.

Еще в Барнауле семья отца Зосимы переживает эпидемию черной оспы. Кто-то пожертвовал батюшке детскую одежду, оставшуюся, как потом выяснилось, от умерших детей. Девочки заболели, но матушка не хотела отдавать их в больницу. Семья горячо молилась, дочерей поили и обтирали святой водой, и смертельная болезнь отступила.

Через год в семье появляется сын Серафим. Сразу же вслед за крестинами, через три дня после рождения мальчика, батюшку опять арестовывают.

Малыш оказался слабеньким и на десятый день умер. Священника отпускают отпеть и похоронить ребенка и вновь сажают под арест. Через некоторое время отца Зосиму освобождают, он возвращается к семье. В 1924 году рождается еще один сын, Константин, впоследствии без вести пропавший на фронте в Великую Отечественную войну.

Притеснения не прекращаются, отцу Зосиме грозит очередной арест, и в 1925-м батюшка вместе с домочадцами перебирается в Иркутск. Уезжали, оставив все вещи и сказав односельчанам, будто отправляются ненадолго, лишь повидать родных...

В то время в Иркутске жили все родственники матушки Александры, за исключением отца Михаила, скончавшегося от сердечного приступа еще в 1920 году, и старшего брата Ивана, который устроился на работу в Москве и звал всех к себе. Мама матушки Александры, Александра Васильевна, вместе с детьми сразу же приняла это приглашение.

Церковь в те годы старалась уберечь своих служителей от преследований и арестов. Как только пастырь укреплял приход и власть обращала внимание на то, что к нему начинают тянуться люди, над священником нависала опасность репрессий. В этом случае его своевременно снимали и ставили на другое место. Так было и с отцом Зосимой: он был настоятелем и единственным священником в церкви деревни Коза Ярославской области (1925-1927), священником в городе Любим Владимирской области, затем - в деревне Шапкино под Ковровом.

Последнее назначение отец Зосима получает в 1929 году. Его переводят в Московскую область и назначают священником храма Рождества Пресвятой Богородицы в селе Крылатском Кунцевского района. К его приходу относилось село Крылатское, а также деревни Терехово, Татарово и, кроме того, Верхние и Нижние Мневники.

Здесь батюшка служил один; помогал ему лишь псаломщик, живший при храме вместе с женой и дочерью. Отец Зосима с семьей снимал комнату в частном доме на Можайском шоссе, до наших дней не сохранившемся. Матушка Александра была регентом в церковном хоре, пела и организовывала занятия с детьми прихожан. Батюшка очень ценил и берег свою семью, в которой царили любовь и согласие. При этом матушка отличалась строгостью, а ее муж - ласковостью. Прихожане почитали отца Зосиму как неустанного молитвенника и любили за то, что он был добр и внутренне светел и радостен.

Страстная седмица 1935 года для Крылатского храма оказалась воистину страстной. Пасха в том году выпала на 28 апреля, а пролетарский Первомай - на Светлую седмицу. Многие приходы остались тогда без своих пастырей, в том числе и Крылатский.

Арестовали отца Зосиму по доносу, согласно которому своими проповедями он «агитировал против советской власти». Стандартное обвинение, предъявлявшееся священнослужителям в те годы. Случилось это в Великую Субботу, а накануне после вечерней службы к нему подошел благообразный пожилой человек, которого он не видел ранее среди прихожан. Старичок негромко предупредил его: «Вы, батюшка, завтра в церковь не приходите. Вас арестуют...»

Дома отец Зосима рассказал матушке Александре об этой странной встрече, а еще о том, что облик неизвестного напомнил ему образ святителя Николая Мир Ликийских Чудотворца. Супруги решили, что предупреждение об опасности исходило именно от Николая Угодника. Но при этом батюшка лишь пожал плечами: «Как может священник не прийти в храм, когда христиане соберутся на величайший Праздник? Как не освятить пасхальные куличи? Пусть свершится то, чему быть надлежит, ведь Спаситель призывал всех нас: Если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною, ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее, а кто потеряет душу свою ради Меня, тот обретет ее (Мф. 16: 24-25). Отец Зосима безоглядно последовал за Христом...

Ближе к вечеру сотрудники НКВД ворвались в дом священника, перевернули все вверх дном, но ничего «крамольного» так и не нашли. Тогда же состоялся первый допрос, за которым последовали очные ставки.

Среди прочего отцу Зосиме вменялось в вину и то, что он «жил на территории белых». Обвиняемый Шаров, проходивший с ним по одному делу, показал: «Пепенин, будучи в Сибири при белых, имел там хозяйство - пять-шесть коров и прятал хлеб в землю».

Свидетель Дремина утверждала: «При своих посещениях поп Пепенин говорил о тех новостях, которые вычитывал в газетах, в частности о войне и смерти т.Кирова. Он говорил, что скоро будет война и <...> всем придется плохо, всех побьют с аэропланов. Пепенин Зосим мне рассказывал, что в Москве много закрывают церквей против желания верующих и также высылают священников. Сейчас коммунисты на Церковь и духовенство устраивают гонение. По поводу убийства т. Кирова мне Пепенин рассказывал, что убили Кирова, а за него коммунисты сейчас много арестовывают людей и расстреливают...»

Ни одного показания против себя отец Зосима не подтвердил, обвинение в антисоветской агитационной деятельности не признал. Священник настаивал на том, что единственной темой разговоров между ним и прихожанами были вопросы богослужебные, а единственным поводом к посещению их домов - выполнение пастырского долга.

Лишь один факт признал батюшка. На вопрос прихожанина: «Почему вы не бросите службу?» - отец Зосима ответил: «Я - человек верующий и убежден в этом».

Тем не менее в обвинительном заключении от 22 сентября написано: «Пепенин Зосима Алексеевич, псаломщик Шаров Василий Николаевич, певчий церковного хора Мухин Семен Васильевич, имея тесную связь между собой, проводили организованную систематическую антисоветскую агитацию, направленную на подрыв политики партии и советской власти». 11 октября 1935 года Особое совещание при НКВД СССР постановило: «Пепенина Зосиму Алексеевича за участие в контрреволюционной группе заключить в исправтрудлагерь сроком на три года».

В тот же день коменданту Бутырского изолятора НКВД было направлено указание, согласно которому Пепенина Зосиму Алексеевича «надлежит направить с первым отходящим этапом в город Караганду, в распоряжение начальника управления Карлага НКВД». Однако в печально знаменитой Бутырской тюрьме отец Зосима провел еще восемь месяцев.

Свидания с родными в «Бутырках» не предоставляли вообще, а передачи принимали крайне редко. Лишь перед самой отправкой в Карлаг состоялось краткое «общее свидание», во время которого в течение нескольких минут можно было разглядеть отца Зосиму в толпе заключенных, отправлявшихся по этапу. Шестнадцатилетняя Галина Зосимовна была вместе с матушкой на этом последнем свидании с отцом. «Когда его забрали, земля ушла из-под ног», - вспоминала она слова матери. Матушка - любящая жена и просто мудрая женщина, пережившая несколько арестов мужа, интуитивно знала, что видит его в последний раз...

Через девять месяцев семья получила официальное извещение о том, что Пепенин Зосима Алексеевич выслан в Караганду по статье 58-10 и является врагом народа.

Письма от отца Зосимы приходили редко, и даже те немногие, которые дошли, не сохранились, сгорев при пожаре в 1948 году. В последнем письме батюшка писал, что его должны скоро перевести на свободное поселение. Затем переписка прервалась...

Девятнадцатого сентября 1937 года, в день предполагавшегося перевода, батюшка был вновь арестован по обвинению в том, что «...поддерживая тесные отношения с враждебно настроенными к советской власти и советскому правительству заключенными, проводил агитационную работу, говоря, что при царе Николае рабочему классу жилось лучше». В предъявленном обвинении виновным он себя не признал.

Решением тройки при УНКВД по Карагандинской области от 31 октября 1937 года священник Зосима Пепенин был приговорен по статье 58 п. 10 и 11 УК РСФСР за «антисоветскую монархическую агитацию» к высшей мере наказания - расстрелу.

Отец Зосима принял мученическую смерть 2 ноября 1937 года. Место его погребения неизвестно.

В середине 1980-х годов началось пристальное и критическое изучение страшных лет истории России. Возобновился процесс реабилитации жертв политических репрессий. По заявлению дочери отца Зосимы Галины и исследователя В. В. Королевой совместным заключением областной прокуратуры и Управления КГБ по Карагандинской области Казахской ССР от 28 апреля 1989 года священник Зосима Алексеевич Пепенин реабилитирован.

Архиерейским Собором Русской Православной Церкви, проходившим 13-16 августа 2000 года, по представлению Алма-Атинской епархии священник Зосима Пепенин был прославлен для общецерковного почитания в лике святых.

Память священномученика Зосимы отмечается дважды в год: в день кончины - 2 ноября и в день празднования Собора новомучеников и исповедников российских XX века - в первое воскресенье после 7 февраля.

* * *

Прихожане храма Рождества Пресвятой Богородицы в Крылатском разыскали дочь священномученика Зосимы Галину Зосимовну. Она добилась реабилитации репрессированного отца, стала свидетелем его прославления в лике святых и оставила нам воспоминания о батюшке перед самой своей кончиной на 90-м году жизни. Перед смертью ее исповедовал и причастил Святыми Дарами священник храма, в котором служил ее отец. Потомки священномученика Зосимы до сих пор являются прихожанами храма Рождества Пресвятой Богородицы в Крылатском.

© Храм Рождества Пресвятой Богородицы в Крылатском, 2014; Издательство «Никея», 2014

    Большую часть материалов о сщмч. Зосиме собрала прихожанка нашего храма Вера Владимировна Чухломина. Она же записала рассказ дочери священномученика.

<Крестильный домовый храм сщмч. Зосимы<     главная     >Фотоальбом семьи сщмч. Зосимы>